Йожеф Сабо: В «Динамо» не вернусь никогда

16.05.2008 [ Стенли Зверев ]
Йожеф Сабо: В «Динамо» не вернусь никогда

Бывший тренер киевского клуба и сборной Украины остался «у разбитого корыта». Нет денег, перспективы неясны. Тем не менее Йожеф Йожефович не сидит сложа руки. Сабо – о себе, Валерии Лобановском, «Динамо», оскорблениях и критикующих его алкоголиках. Большое и крайне откровенное интервью.

 
0  






 



Сейчас у вас то, что называется «трудный период»?

Да. С ноября нет никакого заработка. Контракт с киевским «Динамо» еще действует, но те копейки, которые платят – это несерьезно. В больницу попал с аритмией. Надо было отлежаться, успокоиться.

Успокоились?

Да. Даже записался на тренерские курсы. Получил лицензию класса А, с ней можно тренировать первую и вторую лигу.

Поздравляем. Но как же вы работали со сборной и киевским «Динамо» без лицензии?

Украинская у меня была, а сейчас хочу иметь международную категорию PRO. Пока есть время, пройду все стадии.

После ухода из киевского «Динамо» с тренерским ремеслом не завязали?

Ну что вы! Я же ничего другого не умею делать – буду тренировать обязательно. Только неизвестно, где именно. Может, в Венгрию поеду. Мне два года назад предлагали возглавить там сборную.

Знаете, я себя никогда не выпячивал, но вам первым скажу. Как бы меня ни критиковали, я неоднократно приводил киевское «Динамо» к чемпионскому званию. Становился обладателем Кубка. Два цикла работал со сборной Украины. Мы занимали вторые места в группе и играли в плей-офф. А какие команды нам противостояли? Франция, Германия, Португалия...

Однако ни разу в финальную часть большого турнира не пробились.

Часто не везло. Чтобы чего-то добиваться, нужны исполнители. Есть, скажем, хороший тренер Маркевич. Сделал из «Металлиста» достойную команду. Но конкурировать с «Шахтером» и «Динамо» не в силах – нет ни денег, ни игроков.

В «Динамо» вы возвращались много-много раз. Новый приход возможен?

В эту команду не вернусь никогда. В «Динамо» я пробыл 49 лет, сделал для него немало. Мою фамилию невозможно стереть, как кое-кому хочется. Сейчас упрекают: «Сабо постоянно мелькает в газетах...». А что – мне нельзя говорить? Нельзя приходить на телевидение? Нельзя с вами встретиться? Да, я открыто заявляю – в киевском «Динамо» меня оскорбили!

Отставкой?

Это была не отставка. Меня «сократили».

Уволили по сокращению штатов?

Да. Но я все выдержал. И все равно докажу, что я – специалист с большой буквы. А если какие-то алкоголики выступают и меня клеймят – отвечал и буду отвечать.

Вы о ком?

О господине Леоненко, к примеру. Всю жизнь я ненавидел пьяниц, а в футболе их просто не терпел. На моем веку было достаточно талантливых футболистов, карьеру которых сгубил алкоголь. И Леоненко среди них. Когда он еще играл, я ему шаг за шагом расписал, что его ждет. Так и случилось. Он настолько себя запустил... После футбола нигде не работал и до сих пор не работает.

Джордж Бест и Герд Мюллер были великими футболистами. Но после того как они запили, на телевидении их было не встретить. Ни одна телекомпания не приглашала, каждая дорожила имиджем. У нас же все наоборот. А что может сказать алкоголик? Он злой на весь мир!

Сами никогда не пили?

Могу позволить себе шампанского. Или 50 граммов коньячка. Когда играл, вообще не прикасался. Ни разу мои дети не видели меня пьяным. Да и никто не видел. Для меня пьяница – это не футболист. Его бесполезно тренировать. Он днем работает, получает нагрузки, а ночью напился – и все ушло. Сейчас пьют меньше. Но другая появилась зараза – казино. Некоторые игроки просиживают там до утра, а потом предъявляют претензии тренеру: «Почему не играю?!»

У вас нынче полно свободного времени. Освоились в новой жизни?

О пенсии не вспоминаю. Бегаю каждый день по полчаса в приличном темпе, делаю зарядку. Для своих 68 выгляжу неплохо. Побывал в Австрии и Карпатах – я же горнолыжник, лет тридцать катаюсь. Кстати, в Карпатах, в горах, у меня дом. Построил еще при советской власти.

Он же сгорел в прошлом году?

Сгорел другой дом, который я рядом построил. Думал: у меня дети, внуки, будем там собираться...

Подожгли?

Не знаю, но выгорел дотла: пожарные не могли подобраться, это высоко в Карпатах. А узнал я об этой беде, когда лежал в больнице. Надо же – только завез мебель, телевизор – и вдруг... Мы даже застраховать этот дом не успели.

Наверное, я чем-то провинился перед Богом. Очень не хотел снова браться тренировать киевское «Динамо». Вот за то, что не желал, а взялся, меня Бог и наказал. Но себя настраиваю: что бы ни случилось – надо жить. Два раза в неделю хожу в церковь. Помолился, попросил прощения – от соприкосновения с божественным становится легче.

Верите в чудеса?

Чудеса бывают. Вот, например, одно чудо произошло на моих глазах относительно недавно. На сборах замечательный человек и футболист Тибериу Гиоане проснулся утром и свободно заговорил на португальском. На языке, даже слова из которого не знал еще накануне. У нас у всех глаза из орбит! А Гиоане попросил молитвенник, открыл и начал читать вслух. В гостинице были португальцы – он с ними запросто болтал. Если бы это произошло не на моих глазах – я бы не поверил.

Фантастика.

Вот поэтому я хорошо чувствую себя в церкви. После увольнения ни на кого не держу зла, мне не дано мстить, никогда не знал, что такое «завидовать». У меня нет врагов.

Шутите? Помните, как о вас в газетах отзывались Ребров или Гусин?

Да Ребров мне должен каждый день звонить и говорить: «Спасибо, спасибо, спасибо...»

За что?

В начале 90-х его списали как футболиста, а я поддержал, помог вылечиться... Вот злость Гусина мне понятна. Он давно затаил обиду – в те же 90-е. Когда я пришел в «Динамо», президент с Гусиным контракт не подписывал. Я сказал: «Андрей, оставайся, но гарантировать тебе место в составе не могу». Мы с ним полчаса разговаривали, а он потом заявил, что никаких бесед не было. Что мне было делать? Кричать на каждом углу, что Гусин не прав? Собаки гавкают, караван идет.

Вы Гусину места не гарантировали, а Лобановский, когда вернулся, взял его в основу.

Гусин – типичный разрушитель. Лобановский увидел его в «Динамо-2», где тот играл нападающего и не выделялся. Но Гусин – рыжий! А Лобановский не представлял команду без рыжего – на фарт! У него играли Кузнецов, Бессонов, Михайличенко... Васильич был помешан на приметах. Не приведи господи, если автобус на игру поедет непривычным маршрутом. Как-то милиция не пропускала, так Лобановский вышел: «Звоните куда угодно, но мы должны ехать здесь... »

Ну а Ребров на что-то же обиделся?

Все началось прошлой осенью с поражения дома от Ахтырки 0:1. Ребров не забил пенальти, ухнул мяч куда-то на трибуны. После матча беру выкладку: у него 19 из 20 передач – чужому. Зрители потом транспаранты вывешивали: «Реброву позор!». А он обижаться начал, что его не ставлю.

Из-за этого?

Из-за того, что у него одна травма за другой. Сейчас его купила Казань – так сколько он матчей пропустил? Я сразу сказал в одном интервью: Реброву в «Рубине» придется тяжело. Возраст, мышцы уже не эластичные, начнут рваться. Играть не будет.

Мышцы – ладно. Но как это может быть – 19 передач чужому?

Когда я увидел эту выкладку, да еще при незабитом пенальти, многое стало ясно. Сговор. Вскоре команда проиграла в Киеве «Металлисту». Меня просто «сплавляли». Бог им судья.

Вы говорили, что домой вам позвонил человек и сказал: «Киевское «Динамо» сдало матч харьковчанам».

Верю этому человеку. Обмануть или ошибиться он не мог. Я тогда никому ничего не говорил, лежал в больнице. И вдруг выходит интервью Раца, оставшегося руководить командой на пару с Лужным. Читаю: оказывается, футболисты давно хотели меня «сплавить». Я и понятия об этом не имел, но Рац-то общается с игроками!

Почему вас невзлюбили?

Приходя в «Динамо» последний раз, я сделал жесткое заявление. Сказал, что планирую обновлять команду. Вводить молодежь, которая, кстати, играет нынче у Семина. В матче на Кубок поставил Гармаша, Рыбку, Фаркаша. Могло такое понравиться ветеранам, как вы думаете?

Команда прогнила изнутри. Там были чудовищные проблемы. Перед игрой с «Металлистом» приключился еще эпизод. Харьковчане отыграли в Одессе и приехали в Киев. Домой не заезжали. Я знал, что они будут свежие. И решил: на сбор заедем за два дня до матча. Лучше подготовимся. Объявил, и подходит ко мне этот грузин...

Резо Чохонелидзе, гендиректор?

Да. «Ребята недовольны вечерним заездом. Считают, это неправильно». Отвечаю: «А я уверен, что правильно». Возможно, и от этого случая пострадал. Не смогли уладить конфликт.

Люди, от которых теперь «Динамо» избавилось, мутили воду. Если бы такой игрок был один, я бы справился. Выгнал. Вырезал бы опухоль, как выражался Лобановский. Лучше убрать самого великого футболиста, но сохранить коллектив.

Кого надо было убирать?

Бразильцев и Гавранчича, которого я еще года полтора назад, когда ненадолго возвращался в «Динамо» главным тренером, выдворил с португальского сбора. И сказал президенту, что этот человек не нужен. Пожалуйста, продай его, делай с ним что хочешь. Потом вернулся в Киев – и меня заставили Гавранчича взять обратно.

Заставили?!

Да. После чего не Гавранчич, а я покинул команду. Поднялся, попрощался и ушел. Тогда еще привезли в «Динамо» маленького бразильца, не помню фамилию.

Майкла?

Точно. Не знаю, куда он делся. Совсем слабый футболист, у нас молодежь лучше была. И вот эти люди портили воздух в команде. Возникли группировки, которые надо было разбить. Но быстро это не сделаешь.

У Лобановского тоже возникали проблемы с бразильцами?

За две-три недели до смерти он обронил: «Йожеф, я очень устал. Наверное, не буду работать. Не могу с ними сладить, они меня не понимают...»

Я с Лобановским дружил. По полдня с ним сидел на базе. Видел, что система, по которой работаем, прекрасная. Туда нужно было новизну добавлять, и Лобановский это понимал. При мне что-то вычеркивал, вписывал. Смотрел тренировки с балкона, потом вызывал игрока: «Ты очень плохо работал. Я не сплю, расписываю тренировки – а ты что вытворяешь? Не готовишься к завтрашней игре». Футболист через полчаса сам возвращался: «Я буду землю грызть, Валерий Васильевич... »

На похоронах Лобановского вы, кажется, что-то пообещали?

Да, сказал у гроба: «Васильич, мы продолжим твое дело. Будем работать так же, как ты работал, по этой системе». И слово сдержал.

А стоило?

Только такими нагрузками можно слепить команду, которая будет обыгрывать «Реал» или «Челси». С техникой у нас плохо, нет ее. Футболистов покупаем второго сорта. А если нет исполнителей, шанс в одном – пахать. Мы встречались с «МЮ», увидели: у них 9 игроков отходят назад – и атакуют 8. Игроки физически подготовлены, нет брака в передачах. А у нас второй-третий пас – чужому. Как нам «МЮ» забивал?

Как?

Наш замешкался в центре поля, мяч тут же отобрали, бум – гол. Потому что в чемпионате Украины никто не пытается прессинговать в центре. Мы не привыкли к такой игре.

И все-таки нигде в Европе столько не работают на тренировках, как было у Лобановского.

Расскажу один эпизод. В Италии перед игрой с «Ювентусом» на тренировку приехал Липпи. Подошел к нам: «Господин Лобановский, преклоняюсь перед вами. Из вашей системы я взял половину...». Да, нагрузки огромные. Выдержит не каждый. Знали бы вы, сколько раз Каладзе терял сознание на тренировках у Лобановского! Но именно Васильич сделал из него игрока.

Вспоминаю нашу встречу в начале 70-х на сборе в Сочи. Я доигрывал в московском «Динамо», а он возглавлял «Днепр». С тренировки его футболисты возвращались в десять вечера. От усталости еле плелись. Говорю Лобановскому: «Валера, у тебя ребята стонут. Ты же сам твердил, что большие нагрузки ни к чему, работу необходимо строить с мячом!». «Э-э, Йожеф, – раздалось в ответ, – тогда я был молодой и дурной. А теперь понял, как надо готовить команду». Многие в Украине до сих пор работают по его системе. Литовченко, Калитвинцев, Фоменко. Тот же Миша Фоменко, поверьте, отличный тренер.

Как же отличный тренер может драться с собственными игроками?

Всякое случается. Фоменко взрывной. Когда он тренировал «Динамо», в Чехии после матча схватился в раздевалке с вратарем Кутеповым. Я их разнимал. Фоменко сказал что-то резкое, тот огрызнулся. Миша подошел и ударил его головой.

И с Леоненко Фоменко дрался?

Только на сей раз растаскивал не я, а ребята.

Тяжелый у Лобановского был характер?

Нормальный. Вот у кого характер не подарок, так это у Блохина, при всем уважении к Олегу. Не представляю, как его терпел Васильич. Однажды перед выездным матчем Блохин так вывел его из себя, что Лобановский рассвирепел: «Сажайте его в самолет – и отправляйте в Киев. Он мне не нужен». Команда в шоке. Но Васильич хитрый был. Игрокам сказал: «Когда вернемся в Киев – устрою собрание. И вы, как комсомольцы, должны взять Блохина на поруки». На собрании Лобановский распекал его на чем свет стоит. Затем поднялся капитан: «Валерий Васильевич, не выгоняйте Блохина. Берем его на поруки». Лобановский выдержал паузу и тихо произнес: «Не возражаю». Мастер!

Лобановский ведь и за столом посидеть был мастер?

Когда был игроком – спиртного в рот не брал. Выпивать начал после того, как стал тренером. Но удар держал как никто. Да и уговорить его пропустить по рюмочке днем было невозможно. Расслаблялся лишь вечером, в компании. Зато просыпался в шесть утра, бежал кросс и перед командой появлялся свеженький.

Размолвки у вас бывали?

Никогда. Я к Лобановскому старался прислушиваться. Тренировал сборную, а он был консультантом – но не давил, не навязывал свое мнение. Говорил: «Я бы сделал так, но отвечаешь за результат ты. Твое слово последнее». Помню случай со Скаченко. Нам предстояло играть в Киеве со сборной России. Валерий Васильевич сказал: «Не ставь Скаченко». А я выпустил его в основе.

И что?

Сергей забил и отдал голевой пас. Лобановский после пожал плечами: «Видишь, что такое – седьмое чувство? Оно у тебя было – и Скаченко матч выиграл. Молодец».

Кстати, о Скаченко. Правда, что накануне матча Лиги Чемпионов вы нашли его пьяным на лестнице базы?

Не так было. Скаченко загулял. Нашли его дома, а не на лестнице.

То есть?

Не появляется человек в команде, и все. Послали администратора на поиски – где Скаченко? Что с ним? А он вышел из дома, ключи забыл, захлопнул дверь – и сидит. Спящим у двери его и обнаружили. После этого ЧП Скаченко покинул «Динамо». Я же говорил: для меня пьяницы не существуют.

Но позже вы приглашали Скаченко в сборную.

Так мы его как раз «зашили». И не только его. Даже сегодня в киевском «Динамо» есть «зашитые» футболисты. Не могут люди справиться с собой.

За кого-то вы все-таки боролись.

Скаченко был ценным игроком. Очень работоспособным, вроде Шацких. Как Шацких можно держать на лавке? У него слабая техника, но парень бегает, находит моменты и забивает. Уважаю таких футболистов. И Скаченко все время искал момент, головой здорово играл.

Что ж не боролись за Леоненко, лучшего футболиста Украины тех лет?

Такой человек. Как-то привел ему в пример Пеле. В ответ услышал: «Что за футбол был в те времена? Пешком по полю ходили». Спрашиваю: «А Блохин?» – «Да кто он? Блохин мне бутсы должен чистить... » Я часто вспоминал слова Газзаева. Тот приехал в Киев, когда Леоненко переходил к нам из московского «Динамо», и сказал: «Счастье для нас, что вы его забираете. Игрок-то неплохой, но вы с ним настрадаетесь».

Пусть на меня Леоненко обижается, но расскажу такую историю. На сборах у нас было по две тяжелейшие тренировки. А я вечерком захожу к нему в комнату и нахожу двадцать пустых банок из-под пива! Двадцать! О каком футболе говорить?

Что еще возмущало – как только Шевченко заиграл в «Динамо», Леоненко на него насел и стал руководить. Я знал, что ничего хорошего из этой дружбы не выйдет и что Андрей может пойти той же дорогой. Вызвал его: «Я не могу запретить тебе общаться с Леоненко, но домой к нему не езди ни в коем случае». Спасли Шевченко для футбола. А то ведь его практически затянуло.

Шевченко выпивать начал?

Нет, но курил. Я все замечал. Мы каждое утро мерили давление. Шевченко приезжает на базу – 170 на 110. Что происходит? Я-то в курсе, что он не пьяница. А у него, оказывается, баба была – лет на десять старше. Тоже соки пила из него. Но главное, его дружбу с Леоненко нейтрализовали. Еще и поэтому Леоненко злой на меня.

Когда вернулся Лобановский, и я передавал ему команду, за Шевченко «Бавария» предлагала семь миллионов долларов. Он уже состоялся как футболист. Но Лобановский не спешил с ним расставаться. «Милан» два года за Андреем ходил. А сегодня ты только захотел посмотреть футболиста, приехал – а его агенты перехватили.

Ни одному агенту по физиономии не дали?

Нет. Я бываю злой, но в драку не кидаюсь. Хоть недавно хотелось.

Что стряслось?

Идет по телевидению передача – появляется на экране тренер Баранов, который живет в Финляндии. Когда-то играл за «Металлист». Говорит про меня гадости. А все из-за момента, когда он тренировал киевский «Арсенал». До конца матча минут пятнадцать, Баранов выскакивает к полю и кричит футболисту: «Ты чего уступаешь? Убивай его!». Я как услышал это – готов был его разорвать. Но сдержался. Просто сказал на пресс-конференции: «Такие тренеры работать не должны. Его слова – преступление перед футболом. Все игроки едят из одного тазика. Как можно на поле кого-то убивать?!»

А Игорь Гамула нам рассказывал, что вы в раздевалке могли стакан с чаем запустить в стену.
 

Было. Бросал что-то в стенку от злости. Но с годами стал более степенным. Давно ничего не кидал. Хотя вот Фергюсон швырнул бутсой в Бекхэма. И кого после этого продали? Разве Фергюсона? Все потому, что Бекхэм чересчур увлекся рекламой. Перестал играть.

С братьями Суркис вы остались друзьями?

Сейчас я уединился, никого не вижу. Посмотрим, что будет дальше. Но поймите, раз меня сократили – значит, я не нужен. Мне, профессионалу, предложили сумку за кем-то носить, но я так не могу. Имя заработал честным трудом. В последнее время хожу пешком – люди меня видят, летят навстречу, обнимают! Мне так приятно!

Старики?

Если б старики, я бы не удивился. Молодежь подходит, вот в чем дело. «Позвольте с вами сфотографироваться? Большое спасибо, что вы есть...» Я раньше постоянно на машине ездил, даже не подозревал, какие в Киеве чудесные подземные переходы отстроили.

Некоторые говорят: лучше б Сабо не настолько «горел» футболом.

Мне это президент «Динамо» внушал. А я ему советовал взглянуть на итальянских или испанских тренеров. Они разве не «горят»? Или смотрю на Николая Павлова, который лет шесть не работал, а теперь принял «Ворсклу». Выиграл матч – вскочил, оббежал всех, расцеловал... Мне и радостно за него, и смешно. Я, конечно, так не бегал, как он.

Но переживали не меньше Павлова?

Как мне не переживать, если футболист не понимает очевидного? Вот история: сборная Украины играет во Франции. Я каждому персонально разъясняю задание. Одному втолковываю: центральный защитник французов Блан подключается к атаке на «стандарты». Как угловой или штрафной – мчись за ним. За что угодно хватай его, хоть за гениталии, только не дай забить. Это, между прочим, выражение Виктора Маслова: «Да схвати ты его за я..а!»

Бедный Блан…

Перед стартовым свистком снова к этому игроку подхожу: «Ты помнишь?». Пятая минута. Штрафной в наши ворота, Блан побежал – а этот, наш, стоит в центре поля. Я выскакиваю, ору. Наш парень лишь тогда очнулся. А Блан уже голову подставил под передачу. Счастье наше – выше ворот ударил. В перерыве кричу: «Сколько можно повторять?» – «Я забыл...». Как же можно?! Конечно, я буду злой!

Когда вы злой – переходите на мадьярский мат?

Ругаюсь исключительно по-венгерски.

Богатый язык в этом смысле?

Не такие уж в нем ругательства – но мне славно удается излагать. Я и думаю по-венгерски. Впрочем, и по-русски здорово разговариваю, а мой земляк, 80-летний Михаил Коман, до сих пор не умеет, ужасный акцент...

Человек вы эмоциональный. Последние слезы в вашей жизни?

Когда узнал, что в «Динамо» меня сократили. Я плакал, как ребенок! Знаете, что обидно? Не оценили мою преданность! С «Динамо» связана вся жизнь, для меня это больше, чем клуб. До сих пор не понимаю, почему приняли такое решение.

Кто?

Новый генеральный директор «Динамо» получил от руководства полный карт-бланш. И первым делом уволил спортивного директора Буряка, а вице-президента Сабо сократил. В чем мы виноваты? В том, что не смогли заманить в Киев Роналдиньо?

«Профессия селекционера – самая неблагодарная на свете», – сказали вы однажды.

Так и есть. От тебя требуют невозможного. Привезти классного, но дешевого игрока. На самом деле откопать хорошего футболиста – еще полдела. Главное – его уговорить. Вот бразильцы у нас никак не приживаются. Поиграют год-два – и мечтают убраться отсюда.

В селекционном отделе «Динамо» отныне делают ставку на молодежь. Однако опытный человек тоже необходим. А то, помню, послали молодого селекционера просматривать защитника. Возвращается и докладывает: «Никакой». «Подожди, – говорю. – Что, у него вообще положительных качеств нет?» – «Черт его знает. По этому матчу понять нельзя». «Так может, – спрашиваю, – его команда больше атаковала, и он, как центральный защитник, не имел возможности отбирать мячи и себя проявить?» «Да-да, так и было», – обрадовался наш разведчик.

Гендиректор «Спартака» Первак пять раз летал в Белград за Видичем. А вы кого просматривали дольше всего?

Я, между прочим, тоже летал в Белград за Видичем. Общался с президентом «Црвены Звезды» Джаичем. Вопросов не было – отличный футболист, но клуб запросил за него огромные деньги, и сделка сорвалась. А особенно долго мы вели уругвайца Сосу, который позже оказался в «Спартаке». Несколько раз мотались в Южную Америку, просматривали его и пришли к выводу, что Coca нам по стилю не походит. Будет тормозить игру. Жизнь показала – не ошиблись. Он и в «Спартаке» не задержался.

Самые необычные обстоятельства, при которых отыскали игрока?

Косовского увидел в Виннице на матче местной «Нивы» с одесским СКА. Сразу приглянулся. Быстрый, резкий, работоспособный крайний хавчик. И это при том, что на нем в тот момент килограммов десять висело лишних. Когда брал Косовского в «Динамо», многие отговаривали: «Что за футболист? У него же задница прилипает к полю!». А я поработал с ним – и как Виталик раскрылся! Сейчас бизнесом занимается. Хотел тренером стать, но сильно заикается, ему тяжело.

Вы едва не купили для киевского «Динамо» Кержакова.

Это правда. И с ним, и с его отцом вели переговоры еще до «Севильи». Предлагали такие деньги, которые испанцы вряд ли заплатили бы. Почти договорились. Но он слишком хотел уехать в Европу. Отличный футболист. Когда в форме – и бежит, и защитника «раздевает» на ходу. Люблю агрессивных.

Как-то вы сказали – всякий женившийся игрок на год для футбола потерян.

Или на полгода.

Почему?

Он систематически живет с женщиной. Наверное, поэтому. Такой момент еще старые тренеры подмечали.

С вами, когда играли, было то же самое?

Нет. Жена в Ужгороде жила, бывал у нее наездами. Для нынешней молодежи прозвучит смешно, но я был фанатично предан футболу. Потому и пробился в основной состав сборной СССР. Хотя конкуренция была сумасшедшая!

Майка сборной Союза у вас осталась?

Одна, порванная. Кто-то из бразильцев разодрал, когда играли на «Маракане».

В те годы во всех зарубежных поездках наши команды сопровождали «комитетчики». Дурили их?

Году в 65-м известный футбольный импресарио Ланц вывез сборную СССР в Южную Америку на серию коммерческих матчей. Оплачивались они по отдельности, но все деньги сразу забирал кэгэбэшник. Игрокам полагалось по 85 долларов. Не за игру – за всю поездку! Чтобы хоть как-то дать нам подзаработать, Ланц устроил в Бразилии лишний матч. А нас предупредил: «Деньги у вас все равно отберут. Поэтому выпишу каждому чек на 500 долларов. Назад полетите через Париж и там в универмаге сможете обменять их на вещи». После матча заходит руководитель делегации, чемоданчик уже приготовил. «Денег нет, – отвечаем. – Вот, одни чеки». Тот к Ланцу: «Как их можно обналичить?» – «Никак. Подарок спонсоров». «Комитетчик» аж побагровел.

В советские времена у вас единственного из футболистов была «Чайка».

Сколько же чепухи говорят про эту «Чайку»! Будто гонял на ней по Киеву и промчался по встречной полосе перед кортежем Щербицкого, а мне этого не простили...

Что было на самом деле?

За рулем «Чайки» я сидел один раз. Когда меня тащили на буксире.

А подробнее?

Это было в 69-м. Старенькую «Чайку» продавало венгерское посольство. Предложили мне – согласился. Заплатил 19 с половиной тысяч, хотя знал, что автомобиль не на ходу. Не было задней полуоси, не работал «автомат». Мне пообещали все отремонтировать в гараже КГБ. Там на некоторые «Волги» ставили двигатели от «Чайки». И ночью на тросе машину дотянули до моего гаража.

Когда я зарегистрировал ее в ГАИ, слух о «Чайке» моментально понесся по всему Киеву. В это время проходил партийный съезд. В перерыве зашел разговор о футболе. И кто-то ляпнул: «Футболисты совсем оборзели! Сабо на «Чайке» ездит! Скоро вертолеты начнут покупать». Шелест, в ту пору первый секретарь украинского ЦК, услышал и насупился: «Отобрать у него «Чайку»!»

Едва рассвело, нагрянули ко мне начальники городского и республиканского ГАИ, которые на «Чайку» номера выдавали. Чуть ли не на колени упали: «Отдай машину. Иначе с нас погоны снимут».

Отдали?

Я махнул рукой: черт с вами, вот номера, техпаспорт. Делайте с ней что хотите. Но куда девать автомобиль, который стоит на приколе? Гаишники долго ломали голову. Полтора месяца еще «Чайка» пылилась у меня в гараже. Потом позвонил Константин Продан, правая рука Щербицкого: «Йожеф, ты же сумеешь договориться с посольством? Пускай «Чайку» заберут назад. А мы тебе «Волгу» взамен дадим».

Договорились?

Да. И вскоре я узнал: эту «Чайку» венгры перепродали народной артистке Армении. На трейлере отогнали в Ереван. Машину она отремонтировала и еще много лет на ней каталась.

Часто вас футболисты обижали? Нам в Москве казалось странным, когда молоденький мальчишка Алиев в газетах заявлял: «Сабо вообще не тренер, только орет».

Эх, Алиев... Знали бы вы, как я с ним намучился. Алиев настолько часто попадал на штрафы, что иногда по зарплате в «минус» уходил.

За что штрафовали?

Нарушение режима. Воспитывали его, уговаривали бросить пить. Он немножко держался, но потом все начиналось по новой. Повезли его и Милевского с основой на сбор в Португалию. Оттуда они должны были лететь в молодежную сборную. Утром выхожу их проводить, возле гостиницы ждет такси – а ребят нет. Администратор кинулся искать по номерам. А Милевский и Алиев спят. Абсолютно пьяные. Всю ночь где-то развлекались.

Их с трудом разбудили, оттащили под душ. Когда они спустились вниз, я, увидев, в каком они состоянии, лишился дара речи... Так они позже в самолете еще приняли спиртного и, пошатываясь, явились в сборную. Михайличенко, который тогда тренировал молодежку, тут же их отправил в Киев.

Ладно, Сабо у Алиева плохой. Но Михайличенко, получается, тоже плохой? И Демьяненко? И Буряк? Он же и при них в «Динамо» не играл. Да и как его можно было ставить, если у меня в пять утра порой раздавался звонок: «Господин Сабо, приезжайте туда-то и заберите вашего пьяного в зюзю Алиева...»

Отдали его в аренду в Запорожье. Надеялись, он там возьмется за ум. Тренер «Металлурга» уговаривал: «Не волнуйтесь, я найду к парню подход, у меня будет играть». Проходит время – Алиев не попадает даже в запас. «В чем дело?» – спрашиваю тренера. «Ну и негодяй ваш Алиев, – отвечает. – С ним невозможно работать». Вытащили его из Запорожья, откомандировали в киевский «Арсенал» – история повторилась.

А при Семине в «Динамо» он стал игроком основного состава, забивает.

«Зашили». И вот результат. Хочется верить, Алиев наконец-то понял, куда катился. Он же не только с режимом не в ладах был. Еще и самомнение о-го-го какое! Не забуду один эпизод. Заканчивается тренировка. Белькевич, ветеран, остается на поле. Отрабатывает подачи с фланга в штрафную. Алиев берет стул, усаживается прямо на поле и снисходительно так говорит: «Валек, неправильно подаешь. Мяч иначе надо закручивать. Да и вообще пора тебе на покой, а майку с 8-м номером мне отдай».

Не может быть.

Клянусь вам, так и было! Подобной наглости в жизни не слышал! Белькевич скромный и спокойный мужик, а другой бы на его месте Алиева сразу размазал. Я ему потом вставил по первое число: «Как ты, мальчишка, можешь такое говорить? Сам-то для футбола хоть что-то сделал?!»

Дети ваши давно живут в Америке?

Уже 15 лет. Дочка занимается кибернетикой, сын связан с автоматизированными системами управления.

Зовут к себе?

Навещаю их, но оставаться в Америке не хочу. Мое место здесь.

Три «не люблю» – на ваш выбор?

Не люблю непорядочных людей. Если сталкиваюсь с ними, для меня это катастрофа, долго переживаю. Не выношу пижонства. Еще не то что «не люблю»... Скорее не понимаю молодых футболистов, которые отказываются вкалывать после тренировки. Кто-то остается – «стандарты» отрабатывает, удары по воротам. А некоторые ребята, не оглядываясь, пулей несутся из раздевалки, рассаживаются по машинам – и по газам.

Вы окончили факультет журналистики. Книгу писать не собираетесь?

Есть такие мысли. Немало записей набралось. Одного не хочу – чтобы книга получилась «прилизанной». Если уж писать – только правду. Моя беда – говорю все без утайки. Друзья упрекают: «Йожеф, ты слишком откровенен». Но меня не переделаешь. Сабо надо воспринимать таким, какой я есть. Поэтому написать-то напишу, а издана книга будет после моей смерти.
 

bigmir)net TOP 100